Повышение цен на газ: сколько украинцев смогут платить по новым тарифам

Повышение цен на газ: сколько украинцев смогут платить по новым тарифам

В случае повышения цен на газ для населения, которого требует от Украины Международный валютный фонд, может сложиться ситуация, когда по новым тарифам смогут платить лишь несколько процентов потребителей. Другие же станут “сидеть” на субсидиях, что приведет к злоупотреблениям на рынке ЖКХ-услуг. 

Такое мнение высказал “Апострофу” эксперт по вопросам энергетики ВАЛЕНТИН ЗЕМЛЯНСКИЙ.

О подорожании газа для промышленности

На промышленности это скажется плохо, как и подорожание любого энергоносителя. Потому что, в первую очередь, это вымывание оборотных средств. Промышленность вынуждена платить больше за использованный энергоноситель. Не говоря уже о тех секторах и отраслях, которые используют газ как сырье – химической, цементной. Соответственно, растет себестоимость, что приводит как к повышению цены на конечную продукцию для конечного потребителя внутри страны, так и к влиянию на конкурентоспособность предприятия на мировом рынке. Те же химические предприятия по удобрениям конкурируют с российскими, где цена на газ вдвое ниже, то есть себестоимость и цена будут вдвое ниже. У россиян появляется возможность демпинговать, и наша продукция становится менее конкурентной. Поэтому такое повышение цен – не лучший фактор для экономического развития.

Был ли этот шаг необходим? “Нафтогаз” не устанавливает цены в приказном порядке. Он является таким же трейдером на рынке, как и другие играющие там компании.

У нас действительно есть рынок на сегодняшний день. Потому что вы можете обратиться к частникам, которые тоже тянут газ из Европы, которые добывают газ здесь, и они могут дать более интересные предложения. Как показывает практика, где-то до 30% может доходить разница между ценой, которую предлагает “Нафтогаз”, и ценой, которую предлагают частники. То есть можно найти более дешевую цену на рынке.

Второй момент: крупные потребители, как правило, связаны долгосрочными контрактами, и эти ценовые скачки для них сглаживаются. Они покупают в периоды, когда дешевле. Потом, если цена и поднимается, то получается средневзвешенная цена — не 415, как сегодня прогнозирует “Нафтогаз”. Он по сути выставляет цену, по которой готов продавать газ промышленности, а дальше уже все остальные игроки – и покупатели, и продавцы – начинают работать, исходя из тех схем, которые выставил “Нафтогаз”.

Нужно ли повышать цены на газ для населения

По хорошему, да. Но при условии, что эта цена соответствует платежеспособности. У нас основная проблема, из-за которой не движется рынок, – это то, что население не в состоянии платить, плюс рынок искривлен. Даже МВФ сейчас вернулся к таким пропагандистским методам. Говорят: вы же богатых будете спонсировать дешевой ценой, что является абсолютным бредом. Потому что если до 2014 года вы потребляли объемы выше 6000 кубометров, если посмотреть цену, которая сейчас называется импортным паритетом, то вы платили цену, по которой Украина импортировала газ. Я здесь не вижу никакой дотации, наоборот, субсидионная схема позволяет проводить гораздо больше коррупционных операций, чем когда вы сами как потребитель заказываете себе необходимые объемы, оплачиваете их, и когда тарифы соответствуют вашей платежеспособности.

Что касается дискуссии вокруг повышения цен для населения, это напоминает игру китайских комсомольцев: если нет проблем, их нужно создать и начинать решать. Еще Кабмин Арсения Яценюка принял решение, что тарифы на газ будут внесены в меморандум с МВФ, цены на газ будут формироваться в соответствии с требованиями Европейского союза, Европейского энергетического сообщества. То есть МВФ не требует поднять цены на газ, он требует выполнить оговоренные ранее обязательства.

Как будет происходить дальше, сказать достаточно сложно, потому что цена формируется административно, не рыночно. Цена формируется постановлением Кабинета министров: на НАК “Нафтогаз Украины” налагаются спецобязательства по продаже газа дешевле рынка. С конца прошлого года представители Еврокомиссии заявляли, что так долго продолжаться не может, потому что половина населения сидит на субсидиях. Если тарифы поднимутся, то на субсидиях будет 70% населения, если не больше. Все бюджетные показатели будут провалены. Плюс давайте не забывать о монопольном положении “Нафтогаза”, который пытается его еще и упрочить, подтянуть под себя еще и газораспределительные сети.

Есть ситуация, как с предприятиями коммунальной энергетики, когда возникает так называемый “небаланс” по подчинению и подписанию актов приема-передачи. И вроде бы социальная цена 5000 гривен без налогов, становится 15 000 гривен, а дальше идет якобы невнимательность: там не заметил, там неправильно посчитал – и получаются прибыли. “Нафтогазу” выгодно, чтобы возникали “небалансы”, потому что он продает больше газа для балансировки системы, соответственно, растут его прибыли как компании, и руководство может выписать себе премию. Согласно новому уставу, чем выше прибыль, тем лучше результат, так что они могут претендовать даже на 100% от оклада. При окладе миллион гривен в месяц еще миллион гривен оклада – за 12 месяцев сколько будет?

Когда говорят о том, чтобы привязать тарифы к рыночным, это то же самое, что прийти на рынок, где вся картошка по 8 гривен. Вы приходите и торгуетесь, на то и рыночная цена. И если картошка – не критический товар, то без газа зимой вы не проживете. Поэтому рассматривать всю модель с поставками газа населению как рыночную – абсурд. По сути, государство снимает с себя обязательство нас с вами защищать, для чего оно и создавалось… Заходит речь о повышении до 11-14 тысяч гривен за тысячу кубометров, что является абсурдом, поскольку новые тарифы потянет 2-3% населения. А что делать остальным? Сидящие на субсидиях люди вообще не заинтересованы ни в какой модернизации, энергоэффективности. Зачем? Если он теперь платит меньше, чем до роста тарифов, то зачем, условно говоря, тратить деньги на утепление дома или замену котла?

У “Нафтогаза” было предложение разделить потребителей, которое компания сделала Международному валютному фонду. Но было непонятно, по какому механизму будет происходить деление. Хотя изобретать велосипед не надо, у нас уже все это было. У нас большая часть населения потребляла до 2,5 тысяч кубометров газа. И люди были заинтересованы входить в эти рамки: если этот лимит превышался, сильно возрастала цена, и никто не хотел платить в два раза больше. Тогда 60% хозяйств, с учетом (оккупированных сейчас территорий) Донбасса и Крыма, укладывались в эти объемы.

К рынку нужно идти, но это не делается революционным путем. Европа шла к третьему энергопакету 11 лет. Происходила трансформация рынка – и мы говорим о стабильно работающей экономике. Здесь в условиях экономического кризиса, войны, падения доходов, инфляции, безработицы мы пытаемся ростом тарифов сымитировать реформы.

Поділитись